Текст выступления Михаила Леонтьева, который был сделан на круглом столе в Одессе 28 мая, посвященному глобальному экономическому кризису и перспективам реинтеграции на постсоветском пространстве. Леонтьев критически смотрит на перспективы Российской Федерации и ждет революции, хотя и отрицает ее.
Первый – это императив кризиса, когда все понимают что никакого выхода нет и существующая система не поднимется. Она не поднимется, но это не значит, что буквально завтра все это рухнет, все развалится. Мы знаем, что эта депрессуха будет предварять развал системы и может длиться она долго. Мне уже не интересно исследовать кризис, поскольку давно ясно как он идет. Понятно, что делают американцы, и они делают совершенно правильно. У них нет никакой возможности «лечить кризис», поэтому они сохраняют жизнь больного. Нормальный врач так и поступает, если нет средства излечить больного, то он поддерживает в нем жизнь любыми средствами. Вот для этого США и применяют эмиссию. Они помнят и понимают что такое Депрессия и дефляция. Они бегом бегут от дефляции, потому что при дефляции им жить нельзя. Они очень хорошо помнят 1929 год и Великую Депрессию, когда они рухнули на дно, оттолкнулись от него и всплыли. Всплыли тяжелейшей ценой, через Вторую мировую войну, с риском не всплыть (политическим). Поэтому они знают и понимают где находится дно. Сейчас – не то дно, что было в 1929 году. Рухнув на него – всплыть уже нельзя. Эта система будет деградировать.
Императив кризиса и распада системы он диктует что? Чтобы вместо глобальной, универсалистской системы, которая сейчас есть, создались новые империи. Это будут агломерации, в которых будет существовать какая-то своя финансовая зона, экономическая, политическая, культурная и так далее. Мир будущего - мир империй. В этом мире никто, кроме империй существовать, как субъект не сможет. Обсуждать, что будет делать объект нет смысла. Объекты будут делать то, что им будут указывать субъекты. Это не предмет для обсуждения. У нас есть шанс остаться таким субъектом. Теоретически. Поскольку мы являемся потенциально со всеми огромными рисками возможностями и потерями – единым субъектом. Никаких отдельных России или Украины в этих условиях быть не может. Россия вообще является результатом объединения Московии и Киева. Поэтому мы сейчас имеем два больших обглодыша, на месте единой страны. То, что мы имеем (разные страны – Украина, Россия. Казахстан и т.д.) - это результат битья посуды в условиях экономической истерики.
Второй императив – деградация. В рамках этого императива работает принцип: все, что не имеет смысла для «трубы» – должно быть утилизировано.
Что вообще произошло в Советском Союзе? Была определенная миссия, которая включала цели, задачи и элиту, которая работала над реализацией этих целей и задач исходя из миссии. Но в какой-то момент эта миссия – «рассосалась». Что значит «рассосалась»? Все просто – элита перестала верить в миссию. Почему перестали, это отдельная тема. Но в тот момент, когда миссия рассосалась, выяснилось, что вся ликвидность – в сырье. То есть – в «трубе», а все остальное – это обременение. Здравоохранение, образование, промышленность вся, включая обрабатывающую промышленность – все это обременение. Поняв это, элита начала освобождаться от него.
Первое, что они сделали, чтобы освободиться от обременения, это ликвидировали государство. Не государство, как территорию, не государство как империю, а государство как институт. Все, что складывалось у нас после этого, является квазигосударством. Коррупция является не наростом на системе управления на всем пост-советском пространстве, она собственно и является новой системой управления квазигосударственными образованиями. То, что у нас образовалось под вывесками: «Милиция», «Прокуратура» и .т.д. не являются не милицией, ни прокуратурой. Это – псевдоинституты. Дальше начался процесс растаскивания ресурсов. Что же такое «избавление от обременения»? Это процесс обогащения элиты. Персонального обогащения. Причем в предельно короткие сроки. С точки зрения системного видения – идет деградация всех государственных институтов.
Больше всего этот процесс отразился на образовании и там он заметнее. Как строилось советское образование? Это была пост-гимназическая система, которая давала фундаментальные знания. Именно такая система сформировала тип человека, способного самостоятельно думать. Даже с учетом всей советской идеологии, которая также была в образовании, молодой человек получал именно фундаментальные знания, а не прикладные. Кстати, вся наша «диссиденщина» не царские же гимназии заканчивала – она является продуктом сталинского образования, прямой его результат.
Этим же «ребятам» не нужно думающее население. Они не романтики, они жесткие прагматики и понимают, откуда ожидать конкурентов. И так во всех областях. При этом, само «обременение» сопротивляется утилизации. Система же инерционна. Мы и есть обременение. Народ и является обременением трубы. Пока что полностью справится с его утилизацией не удалось. Но сейчас, в отличии от 90-ых годов прошлого века и годов 2000-ных у общества появилась потребность выжить. Оно наконец-то поняло, что его системно уничтожают. Но никаких материальных предпосылок, мандата этического, да и, в общем-то, желания нет совершать революцию (то есть уничтожить эту систему и вернуть все обратно). Был запрос на эволюционный процесс. Но он – оказался неадекватен.
Каким образом осуществляется власть в современном мире? Путем контроля над финансовыми потоками. Не путам демократии. Ну не от выбора же между Маккейном и Обамой зависит будущее человечества, в конце концов. Или Януковичем и Ющенко. При этом понятно, что на сегодня глобальный контроль имеет только одного бенефициара и этот бенефициар находится там - в Вашингтоне. А здесь, так – местное самоуправление, покуда вы в этих потоках живете. Все измеряется в долларах. Часто говорят: «китайцы начали кредитную экспансию». Ну и в какой валюте Китай начал свою кредитную экспансию? В юанях что ли? Юань на сегодняшний момент один из столпов местного самоуправления. Прикладной такой столб. В Белоруссии можно вести кредитную экспансию в юанях, в Северной Корее – тоже можно…
В рамках императива деградации никакая модернизация невозможна в принципе. Трубе модернизация не нужна. Мы должны четко понимать, все, что нужно трубе – это ликвидность. И на это система и работает. Все, что трубе не нужно – это ерунда. Нет, изобразить мы можем все, что угодно: PR – легитимен, он помогает укрепляться элите. Также легитимны социальные расходы, иначе население перегрызет трубу и сметет элиту. От плебеев надо откупаться. Это элита понимает. Но все, что сейчас происходит – это лишь попытка обмануть историю. И историю удавалось не раз обмануть в прошлом. Но следует понимать, что за революцией придет гражданская война. Человек, призывающий к гражданской войне в своей стране – это поддонок. Принимать участие в гражданской войне имеет право. А вот призывать к ней, организовывать и подталкивать – не имеет. И мы будем вынуждены обманывать гражданскую войну, и, я надеюсь, что ее удастся обмануть. Но… система никогда сама по себе не изменится. И в этом для нас есть самый большой риск.
Третий императив – сырьевой. На сегодняшний день, себестоимость добычи сланцевой нефти в Техасе равна $9 за баррель. Почему я говорю о сланцевой нефти? Да потому что о сланцевом газе уже все знаю, а о нефти еще не говорят. И этой самой сланцевой нефти – ДОФИГА! Причем везде, в том числе и в Украине. И сланцевой нефти и сланцевого газа огромное количество. Это углеводородное дерьмо, и это выяснит рынок уже через 2-3 года, больше не является дефицитным и критически важным продуктом. И этот продукт скоро будет добываться и его будет много. Но… вот есть такая штука, щебень. Все знают что строительство без щебня невозможно. Но… нет геополитики щебня. И не будет никогда, потому что он есть везде, его много, и он очень дешев и не лимитирован. Этот углеводородные «подсос» - заканчивается. Российская система экономическая и политическая живет на «подсосе». Если он закончится – все рухнет одномоментно. Кто не верит – может проверить на более простом примере. Вот стоит телевизор. И он работает на «подсосе» электричества. Если его не будет – то телевизор работать перестанет. Сразу перестанет. Он не будет сначала показывать хуже, с помехами и так все хуже и хуже пока не отключится. Он перестанет работать сразу, как только его выключить из розетки. И, как и телевизор из примера, система без дорогих углеводородов работать не будет. Не будет работать никак. Но, поскольку процесс деградации был рассчитан еще лет на 15-20, и за эти годы мы окончательно бы деградировали. У нас не было бы «фантомных болей», нам бы уже не казалось, что мы когда-то были Империей, что мы самолеты умеем делать – ничего этого бы уже через 15-20 лет не было бы. Мы бы превратились в такую себе Венесуэлу, которая бы распалась на какие-то куски и никто бы этого и не заметил. Но этих 15-20 лет нет. А есть ограничитель в 2-3 года. И поэтому, не освободившаяся от обременения система будет сопротивляться. Это не первый раз в России. Когда я говорю «в России», я имею в виду все пространство, включая РФ, Украину, Казахстан, Беларусь и т.д. Потому что это одно и то же, все одно и то же, ну только вот так сейчас управляется.
Сейчас еще у нас есть шанс на некие артефакты, которые позволят совершить некий пируэт и не погибнуть. Мы тысячи раз могли погибнуть, но как-то живы до сих пор.
Для России здесь реперная точка - это предстоящие выборы в 2012 году. Мне кажется, что эти выборы будут замечательными. Когда я говорю «замечательными», то имею в виду то, что на них будет открытое столкновение двух идеологий. Одну представляет Путин. Не лично он, как Владимир Владимирович, а он как представитель тех сил, которые поставили все на сохранение страны. А страна до 1999 года – сливалась. Почему после развала СССР американцы нас не добили? Да потому что мы и сами прекрасно справлялись! Путин решал задачу реанимации. В реанимации – экспериментов не делают. В реанимации люди не прыгают, не качаются гантелями, не занимаются модернизацией или инновациями, там – выживают. Сейчас ситуация совершенно другого типа. Реанимация закончена, и больной не знает, что дальше делать. И нынешние выборы это идеальный способ принять решение, что делать дальше. Есть абсолютно четкая и консолидированная опасность реванша 90-ых и она, на самом деле, персонифицирована. И должен быть ответ. Путин доказал свою способность принимать решения в ситуации крайней необходимости. Именно в крайней необходимости. Ну не в Гаагу же, как Ратко Младич.
Что касается наших элит… Я недавно прочитал в журнале «Эксперт» статью американского социолога Турчина о том, почему СССР не рухнул в 1941 году. В статье они привел результаты эксперимента по изучению солидарного поведения людей. В любом обществе существует какое-то количество людей склонных к солидарному поведению (гуманитарному, как он его назвал). То есть тех, кто готов работать на общее благо. И есть люди-халявщики, которые ни при каких условиях к такому поведению не склонны. Так вот, если не купировать поведение халявщиков, то солидарное поведение у тех, кто изначально готов работать для общества – нарушается. То есть вы несете все в общий котел, а оттуда люди с мешками выгребают все, что вы принесли и несут к себе домой, обзывают тебя лохом, смеются и плюют тебе в лицо. Некоторое время вы еще будете по инерции носить что-то в общий котел, а затем прекратите. Вот сейчас наше общество, перевернутое, и построено по этой модели. Таких структур общественных организаций в мире нет. Традиционно социализация происходила каким образом? – к управлению шли люди склонные к гуманитарному поведению. Да, эта система корродировала, да она нигде не идеальна, но она работает именно на основе солидарного поведения. Такая система похожа на добычу сланцевого газа, чем она отличаетс от традиционного способа добычи из нормального месторождения? Нормальное месторождение – это линза, пробил дыру и качай себе. Сланцевый газ находится в микрокапиллярах камня (сланец – это камень) и для его добычи нужен микроразрыв, чтобы он вытек и его можно было собрать. Вот об этом гидроразрыве и идет речь. Сделать этот гидроразыв системы без революции и гражданской войны очень бы хотелось. Это – эксперимент. Важно, чтобы ми у себя в мозгах понимали, что мы одно государство, что нынешняя ситуация – это абсолютный абсурд. С этого можно просто и начать.
У нас нет никакого другого выхода. Потому что сейчас мы являемся объектами какого-то дурацкого эксперимента, который пора заканчивать.
